Александр Викторович Шитов Восток – 85:

Об искренности и доверии к другим в ханьской ментальности

6 июня 2018 года в интервью объединённой телерадиокорпорации Китая перед визитом в КНР Путин особо отметил «надёжность» Си Цзиньпина как международного партнёра, подчеркнув, что, когда они оба о чём-то договариваются, и он сам и Си в дальнейшем исходят из достигнутых договорённостей.

Путин также отметил «искренность» Си Цзиньпина.

Отметить и отметить правильно эти качества лидера Срединного Государства, конечно, можно, но при этом следует понимать, что такая позиция Председателя КНР в отношениях с российским лидером — это не исключительное достоинство Си Цзиньпина как человека и государственного деятеля и не эксклюзив по отношению к России как «стратегическому партнёру».

В ханьской ментальности Си – это прежде всего «правитель», «благородный муж», который, согласно тысячелетним представлениям о нравственности не просто может, а обязан вести себя именно так, и никак иначе.

Мы уже говорили о том, что для ханьского сознания «стратегическое партнёрство» – это в первую очередь строгое следование «партнёров» достигнутым договорённостям (на что и обратил внимание Путин) (при сохранении ими в неприкосновенности собственного суверенитета).

Но, если для людей европейского менталитета следование своему слову (как поступает тот же Путин) или наоборот вольное обращение со своим словом: захотел, – дал, захотел, – взял обратно (как нередко поступает Трамп), – это проявление в первую очередь прагматического подхода в международных делах(«в политике существуют только интересы»), то для ханьца, тем более «благородного мужа», верность слову, искренность, надёжность и в то же время доверие к партнёру, – это в огромной степени аспект сугубо нравственный, причём, рассчитанный не только на иностранного визави, но и на собственный народ, дабы сохранить в его глазах приверженность тысячелетним нравственным ценностям, оправдывая тем самым свой высокий статус «Правителя Срединного Государства», «Сына Неба».

Как говорят в современном Китае:«Искренность и доверие к другим есть «второй паспорт» гражданина, это понятие, подразумевающее одновременно как собственную честность, так и доверие к другим в повседневных и официальных делах, означающее как приверженность фактам и принципу практики – критерию истины, так и верность собственным обещаниям».

Китайский язык буквально напичкан сентенциями древних мудрецов на тему искренности, верности своему слову, доверия к другим и т.д.

Вот лишь несколько примеров.

君子不失口于人,故言足信也。- «Благородный муж не роняет слов зря, его речи весомы, что добавляет доверия к ним».

君子诚以为贵。- «Искренность благородного мужа дорогого стоит».

忠信,所以进德也。- “Преданность и доверие другим – путь к обретению всеблагой силы «дэ»».

与人不以诚,则是丧其德而增人之怨。- «Неискренность губительна для всеблагой силы «дэ» самогО неискреннего человека и усугубляет неприязнь к нему окружающих».

诚信者,天下之结也。- «В Поднебесной объединяются те, кто обладают искренностью и способностью доверять другим».

高论而相欺,不若忠论而诚实。- «Высокопарная беседа чревата взаимным обманом, а проникновенный разговор всегда искренний». (Как тут не упомянуть пассаж из интервью Путина про то, как они с Си однажды в путинский день рождения «выпили по рюмке водки и порезали колбасы какой-то»).

Но, помимо нематериальной нравственной ценности, древние постулаты китайских мудрецов на эту тему наверняка несут в себе и некий практический смысл.

Ведь, например, 以信接人 – “Доверием к другим располагаешь их к себе» и 诚信者,即其心易知 – “Легко понять того, кто искренен и доверяет другим».

Высокая, восторженно-одобрительная оценка Путиным таких качеств Си Цзиньпина, как его «надёжность, верность слову» и «искренность», не должна вводить в заблуждение.

Обладание упомянутыми положительными качествами есть прежде всего приверженность традиционным нравственным устоям китайского общества (а не, скажем, заслуга внешней политики новой России), что вовсе не отменяет других традиционных, «подкорковых» представлений китайцев о картине мира, где Срединному Государству «волею Неба» уготована роль вселенского центра, что во многом определяет эгоцентричность ханьского менталитета.

Со всеми вытекающими.