Юрий Михайлович Лебедев Запад – 76:

Спасибо тебе, “Russia”

Не могу без приключений. В первую очередь, таких, что сами сваливаются на голову. Началось и закончилось все чемоданом. По приезде на поезде в германский Фрайбург, где я заранее договорился о посещении Военного архива вермахта, решил, не откладывая дела в долгий ящик, сразу же пройти туда. Мешал чемодан, который нужно было куда-то положить на время. Тут же на вокзале нашлась автоматическая камера хранения, запиравшаяся на ключ, который я взял с собою. После чего несколько часов провел налегке, работая в архиве.

Не знаю, как у других, а мне всегда тяжело в незнакомом городе запоминать многие вещи сразу. Так случилось и во Фрайбурге. Когда я вновь зашел в здание вокзала, то стал лихорадочно вспоминать, где же находится эта камера хранения? Сунулся в одно место, в другое: нет, ничего похожего не видно. Спросил у нескольких человек, но они оказались такими же приезжими, как и я, притом, что двое вообще не знали немецкого языка. По-английски задавать вопрос я не стал, побоявшись, что мои куцые лингвистические познания еще больше их озадачат.

Один из немцев предложил обратиться в справочное бюро на вокзале. Знал бы он, к чему это приведет. А может, быть именно этого хотел? Уже не первый раз за эту поездку я почувствовал в Германии, что русского человека здесь ассоциируют с Путиным, которого сейчас явно не жалуют. В прошлый мой приезд, несколько лет назад, такого не было.

Не ожидая, каких-либо негативных последствий, я огляделся по сторонам, увидел невдалеке, надпись “Information”, попросил дежурного помочь найти мою багажную камеру и показал ключ.

- Дайте мне ключ, - строгим и категоричным тоном потребовал дежурный.

- Пожалуйста, - ответил я, предвкушая быстрое получение чемодана.

Не тут-то было. Вслед за ключом в руках дежурного оказался мой заграничный паспорт, а затем начался форменный допрос.

- Что в чемодане? Перечислите.

От волнения, понимая, что сделал что-то не то, я вдруг забыл даже какого цвета чемодан. Начал судорожно вспоминать, чем еще больше усилил подозрение. Меня явно уже видели жуликом

- По-моему, светло-серого цвета, - наконец, выдавил я.

- Что значит, по-моему? - еще больше насторожился дежурный. – А внутри, что?

Опять пауза. Лихорадочно думаю: что бы назвать такое, чего в других чемоданах не бывает. Ведь майки, другое нижнее белье, это всегда и всеми берется в дорогу.

Паузу заполнил звонок дежурного. После чего приказным тоном он заставил меня ждать кого-то. Этот кто-то появился буквально через минуту, притом не один, а с таким же здоровенным полицейским.

- Ну и влип же в историю, - подумал я. И вдруг меня осенило. С какой-то даже неожиданной для меня гордостью я воскликнул:

- У меня там спортивная куртка, на которой написано то, чего во всем вашем Фрайбурге нет

- Что еще? - лениво буркнул полицейский, явно собираясь сопровождать меня в участок.

- На спине написано большими буквами “Russia”.

- Пойдем, покажите. – По-моему, ему вдруг, действительно, стало это интересно.

Надо было видеть, как я на виду у всех, с гордостью развернул свою куртку, и, поворачиваясь на 360 градусов, стал демонстрировать надпись “Russia”. В это время чувствовал себя подлинным патриотом. Моя куртка перестала быть тем, чем она фактически являлась. Это было мое знамя, которое я водружал над рейхстагом. Собралась целая толпа, наблюдая с интересом за происходившим. Полицейским, явно, стало неловко.

- Все в порядке, - буркнул один из них. Складывайте быстрее вещи, вы свободны. - Ну, уж нет. Я демонстративно, неспешно стал складывать куртку, стараясь, чтобы надпись “Russia” оставалась как можно дольше на виду.

Народ постепенно расходился, обсуждая произошедшее. Мне показалось, что никто не осуждал меня за эту демонстрацию. Видимо, сработал наднациональный принцип, когда люди довольны тем, что представители власти опростоволосились и порадовались за честного человека.

Юрий Лебедев

май 2018 года

по свежим следам из Фрайбурга