Александр Викторович Шитов Восток - 85, подполковник запаса:

Официальная цель феминизации вооружённых сил - высвободить мужчин для замещения реально боевых должностей, требующих физической силы, выносливости, сноровки, приспособленности к прохождению службы в сложных природных и климатических условиях, то есть для замещения тех должностей, на которых женщина неспособна проходить военную службу из-за естественных природных ограничений.

Причина - дефицит мужчин, способных и стремящихся выполнять именно боевую работу на военной службе. Женщинами же рассчитывают заполнять "полустроевые", "столоначальные" должности, где сила мышц не нужна.

Как ехидно замечал мой однокурсник в свете сдачи нами итогового экзамена по физкультуре на 5-м курсе ВИИЯ: "Переводчику сила нужна только для того, чтобы словари поднимать".

К слову, экзамен по физре мы тогда действительно сдали оригинально. В начале марта 85 вернулись с эфиопского бортперевода и времени было в обрез даже для ускоренной подготовки к госам, поэтому начкурса Макаров велел нам индивидуально договариваться о сдаче этого экзамена с преподавателем подполковником Кировым.

П/п-к Киров, бывший греко-римский борец и даже призёр Европы, наружность имел устрашающую, недаром, обращаясь к нерадивым курсантам, он рычал:"Сделаю уши, как у меня", - а уши у него были изломаны и скручены в многочисленных поединках на борцовском ковре. Ещё наш преподаватель по физре отличался чувством юмора и прямотой суждений. Так, на одном из километровых кроссов в Лефортовском парке он однажды скептически хмыкнул (пошутил):"Если они (курсанты) в норматив уложатся, я себе х... огурчиком порежу!"

Но самое знаменитое высказывание п/п-ка Кирова было обращено к предвестницам феминизации вооружённых сил - диковинным до 90-х годов "женщинам-курсантам" ВИИЯ, перед строем которых он клятвенно пообещал:"Вы пришли сюда слабыми и неумелыми девушками, а уйдёте отсюда сильными и опытными женщинами. И сделаю это с вами я, подполковник Киров!"

Вот, с кем мне предстояло договариваться о порядке сдачи итогового экзамена по физре - предмете, в котором я, мягко говоря, слабо разбирался. Я морально готовился к беседе с "Кинг-Конгом", но Киров, выяснив, что я на днях из стрёмной африканской командировки, неожиданно спросил:"Ты на какой диплом идёшь, на "синий" или на "красный"? "Вообще-то на "красный", т-щ подполковник", - ответил я. "Ну, и что тебе поставить?" - заботливо поинтересовался Киров.

"Значит, подъём переворотом, кросс и "яйцеопасные" прыжки через "коня" сдавать не придётся, значит, из-за командировки нам послабление вышло!"- быстро сообразил я и промямлил:"Мне б "четвёрочку", т-щ подполковник, чтобы мимо "красного" диплома "не пролететь". "Хорошо, ставлю тебе "пять",-- серьёзно произнёс Киров. "Что Вы, т-щ подполковник, -- реально испугался я, - для меня "четыре" по физре - предел мечтаний!"

"Нет-нет, - Киров был серьёзен, - ставлю тебе "пять". Вдруг из-за моей "четвёрки" ты необходимого для "красного" диплома количества "пятёрок" не доберёшь и проклинать меня будешь!"

Вот таким "добрым внутри" оказался "на лицо ужасный" "Кинг-Конг".

Возвращаясь к вопросу о феминизации вооружённых сил. Получилось так, что я проходил службу в переводческом подразделении, где феминизация была не умозрительной проблемой, а реальностью: женщины-переводчики составляли большинство везде, но только не среди переводчиков-китаеведов. Наши боевых подруги Лена и Наташа делили с нами, мужиками, все тяготы и лишения военной службы: пахали, не поднимая головы, сидели по полночи на боевом посту и даже ночевали на боевом посту на стульях, когда это было нужно. И даже ездили когда-то в командировку на Дальний Восток, где жили в солдатской казарме в выделенной каптёрке и по вечерам подпирали дверь, чтоб к ним не вломились изголодавшиеся, охочие до переводческого тела солдатики.

А были ещё женщины-начальницы, и некоторые из них, ставя на двадцатое место профессиональные задачи, настолько упивались возможностью всласть покомандовать мужиками, чтобы только утолить своё дамское эго, что многие наши парни всеми правдами и неправдами бежали из подразделения, как можно дальше. И именно такого вот рода товарищ начальница стала последней каплей, переполнившей чашу моего офицерского долготерпения и вынудившая меня уволиться с военной службы вчистую в 35 лет.

Мой дед, прошедший Финскую и Отечественную, участвовавший в становлении с степях и болотах Ракетных войск стратегического назначения, часто повторял мне:"Всё зависит от конкретного человека". Так что, наверное, дело не в том, какого пола офицер будет выполнять ту или иную штабную работу, а в том, как он относится к своим обязанностям и к своим сослуживцам. Наверное, именно это главное.