Личность

«МЕРЦАЮЩИЕ ЗЕРКАЛА» Дмитрия Зуба

На одном из заседаний Правления Международного литературного фонда слово взял Евгений Евтушенко. Но его речь чем-то не понравилась московским коллегам (а их было большинство). Они начали свистеть и что-то выкрикивать. Евтушенко замолчал, а потом тихо произнёс: «Я же старше большинства из вас…» «Ну, и что» - послышалось в ответ. В этот момент поднялся пожилой писатель с орденскими планками на пиджаке: «Что же это творится! Как вам не стыдно! Немедленно прекратите хулиганство!» И это подействовало. Шум стих, Евтушенко продолжил выступление. А писателем тем оказался Дмитрий Иванович Зуб из Днепропетровска, фронтовик, прошедший войну от Москвы до Берлина, общавшийся в военные годы с маршалом Жуковым, а в мирной жизни выпустивший более двух десятков книг, долгое время проработавший собкором нескольких столичных изданий. А, главное, человек феноменальной порядочности и честности.

«ВОЙНА – СОВСЕМ НЕ ФЕЙЕРВЕРК, А ПРОСТО – ТРУДНАЯ РАБОТА»

« …Рама!» - Он, пулеметчик и зенитчик в одном лице, вслушиваясь в нависающий над лесом самолетный гул, узнал ее сразу. А вот и она сама. Как ехидна! Высматривающая и вынюхивающая все вокруг…

«А что, если?..» - Он прекрасно понимал: это фактически невозможно. Двухвостая «рама» с пулемета не сбивается! Но турель – на плече. Терять – нечего. И длинная пулеметная очередь полоснула по небу. «Надо «строчками»… сверху вниз… Вот так! Вот так!..

Орден Красного Знамени (первый из многих наград) вручили Дмитрию Зубу за сбитую «раму» через восемь месяцев – фронты перепутались, - то Ельню заново брали, то Смоленск… Но так бывает: нет сегодня этого ордена на «фронтовом иконостасе» Дмитрия Ивановича. Отсутствует. Причина – более чем нелепая. Уже после войны пришлось ночевать ему на киевском вокзале. Сон крепок! А когда проснулся… Там, где был орден, - только дыра. Кто-то вырезал. С тканью…

Это только один эпизод из фронтовой биографии Дмитрия Зуба. А сколько их было! Ему повезло – он выжил, пройдя все тяготы войны, сначала пулемётчиком в пехоте, потом журналистом фронтовой газеты, материалы и фотографии которого маршал Георгий Жуков использовал при написании своих воспоминаний. А с однофамильцем полководца – Народным художником СССР Николаем Жуковым и воевал вместе, и на Нюрнбергском процессе в ложе журналистов сидел рядом. Зуб – в качестве корреспондента газеты, а Жуков – как художник, рисовавший с натуры фашистских ублюдков, потерявших свою былую спесь и наглую уверенность в своём превосходстве над всем миром.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ РЕДАКТОРА ФРОНТОВОЙ ГАЗЕТЫ:

…Однажды, под Ржевом, комиссар полка Баев пригласил к себе сержанта Зуба: «Звонили из армейской газеты. Поезжай. В редакции хотят видеть тебя, писателя». Редакции Зуб был интересен: писал заметки с передовой! Таких немного было. К тому же, писал то, что видел. (Позже, в 42-м, именно в редакции газеты «На разгром врага» издадут его первую книгу. Под названием «Возвращение». Небольшая такая книжица. Страничек двадцать. Составленная из фронтовых заметок. И, кстати, изданная по инициативе редакции…)

Когда в редакцию зашел солидный с виду солдат, ему представили сержанта: «Знакомьтесь! Наш автор, Дмитрий Зуб». – «А мы знакомы! - И к Зубу – Помните? Я же вас спасал, под Москвой». Вспомнил! Ранило тогда Зуба в левую руку, а он, левша от природы, никак себе перевязку сделать не мог. Вот тогда и объявился в его судьбе этот могучий с виду солдат: «Давай помогу!» Там и познакомились: «Кто ты?» - Жуков, Николай. Художник я. Но воюю». Зуб тут же вспомнил: еще до войны им в полк приносили альбомы этого художника! Вот так встреча!.. С тех пор дружба их не прерывалась.

Более 20 книг написал Дмитрий Зуб: «Перелом», «Следы ведут в Бруклин», «В борьбе за жизнь», «Романтики», «Зодчие», «Парень со свирелью»…

Но главным своим произведением считает историко-документальный роман «Мерцающие зеркала», герой которого - командующий войсками 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов, а впоследствии главком Сухопутных войск маршал Жуков. Роман не зря назван документальным, ибо большинство событий в нём – реальны, а в образе капитана Телегина легко угадывается сам автор. Это – честная, правдивая и принципиальная книга.

Кстати, среди действующих лиц – не только Жуков, но и Сталин, Берия, Хрущёв, Брежнев, Солженицын, Сахаров, гитлеровские генералы, простые люди, не жалевшие своей жизни ради Победы. В ней – мнение автора об исторических событиях, выпавших на долю его поколения. Только ограниченный тираж помешал книге стать бестселлером в масштабах страны. Вот, как Дмитрий Иванович вспоминает Нюрнбергский процесс:

ИЗ РОМАНА «МЕРЦАЮЩИЕ ЗЕРКАЛА»:

Слушаю ход судебного заседания и поражаюсь, как Сталин со своими соратниками легко, без зазрения совести пудрили гражданам СССР мозги по поводу крайне строгой таинственности Германии в подготовке и развязывании войны против нас. Будто бы секретность у гитлеровцев была полная. И они, якобы, внезапно и вероломно прорвали наши границы…

Но оказывается совсем не нужно было содержать в Берлине дорогостоящего Штирлица и выдумывать «Семнадцать мгновений весны». Гитлер, как показал процесс, ничего не утаивал. Он изложил свои планы в книге «Майн Кампф» ещё в 1925 году. Её в Германии продавали на каждом перекрёстке, навязывали молодожёнам перед венчанием, а бродягам и вовсе бесплатно давали.

Подобно железнодорожному расписанию, в ней всё было с немецкой пунктуальностью изложено: читай, товарищ Сталин, и мотай себе на ус, начинай интенсивную подготовку к отражению нападения.

Куда там! Строилась надежда на авось. Авось Гитлер не тронет нас, ведь обещал мирное сотрудничество. Пусть кого-то бьёт, а нас избавит от столкновений. Политбюро не считало нужным открыть народу правду, какую в мире величайшую опасность представляет собою фашизм. Это – одна из главных подлостей нашего диктатора…

Бесспорны факты глумления фашистов над людьми. Волосы становятся дыбом от звериной ненависти фашистов ко всему, что им не нравилось. «Закрыть сердце для жалости!» - приказывал Гитлер послушным немцам. И они закрыли его. Житель Львова показал перед комиссией трибунала, что он сам видел, как во двор дома №8 на улице Артишевского в июле 1941 года эсэсовцы привели 20 человек, среди них четыре профессора, адвокаты, врачи, 5-6 женщин. Их заставили языком и губами мыть лестницы в семи подъездах четырёхэтажного дома. Потом их заставили собирать во дворе губами мусор, после чего расстреляли.

И ещё одно из страшных свидетельств: «В Освенцим привезли шестьсот детей. Для удушения газом их раздели, втолкнули в две камеры. Эсэсовцы, включив газ, вышли покурить. Через пятнадцать минут, рассчитывая, что дети уже умерщвлены, открыли камеры, а малыши живы. Где-то лопнула труба, и газ перестал поступать. Но приказ есть приказ, и голых их повели к пылающим топкам. Стали живыми бросать в огонь».

Страшно читать эти страницы, страшно осознавать, что и эти факты не учат людей быть добрее и человечнее, что и сегодня продолжаются в мире войны, творится насилие, да и сами события тех лет поддаются ревизии, искажаются и перевираются. Потому так дороги свидетельства очевидцев, таких, как Дмитрий Зуб, да и ещё изложенные с талантом и любовью к людям. Не зря за эту книгу Дмитрий Иванович был награждён литературной премией имени Владимира Даля.

«И ПРОЖИТОМУ Я ПОДВЁЛ ЧЕРТУ, ЖИЗНЬ РАЗДЕЛИВ НА ЭТУ И НА ТУ»

«Есть только две вещи: твоя жизнь и твоя литература. Из этих двух приходится выбирать. Что-то одно делаешь серьезно, а в другом только делаешь вид, что работаешь серьезно» - это высказывание трудно применимо к творчеству Дмитрия Зуба. Ведь он по судьбе был не попутчик, а соучастник, не персонаж, а герой. Он не описывал жизнь, а делал ее.

В начале 1943-го Дмитрий Зуб получил офицерское звание и должность военного корреспондента и продолжал вместе с войсками участвовать в сражениях Второй мировой – в форсировании Днепра, освобождении Украины и Польши, в штурме Берлина.

О том, как он воевал, говорят боевые ордена: Отечественной войны первой и второй степеней, Красной Звезды. Одна из самых памятных наград – медаль «Почетный ветеран Великой Отечественной войны». Памятная потому, что удостоверение на нее подписали дважды Герой Советского Союза генерал армии Павел Батов и легендарный летчик-истребитель Алексей Маресьев.

ИЗ ПИСЬМА Д.И.ЗУБА ЖЕНЕ ЕЛЕНЕ ИВАНОВНЕ:

Я живу так долго для тебя. Видимо, сам Бог поддерживает моё пребывание на земле, придаёт силы для труда, вдохновения и для того, что ты, моя милая, не ощущала тяжести и тоски одиночества. Я люблю тебя, как в молодые годы…»

Вот так. Не зря говорят, что романы создаются и на земле, и в небесах. Просто не каждому суждено стать автором или героем такого романа. И ещё отрывок из письма, теперь из 41-го года:

Дата: 18 ноября 1941 года. (Дни, когда, казалось, труднее всего было). «Здравствуй, мой дорогой сын Митя! У нас зима. Братский привет тебе от Володи и Веры. От меня же – отцовское благословение на совершение великого подвига по уничтожению гитлеризма. Нет более чести, чем вести отечественный бой. Я жалею, что мне 67 лет… А душа рвется туда. Чтобы отомстить озверелым фашистам за убийство своей сестры Анны и сожжение моего дома в селе Иванковцы Каменец-Подольской области. Будь здоров, мой дорогой Митя – моя гордость…»

Единственное письмо на фронт… Больше не было. Сегодня это бесценная семейная реликвия. И не только семейная…

Он не подвёл своего отца, и тогда, на фронте, и в мирной жизни. В его «мерцающих зеркалах» отразилась жизнь во всей полноте, без искажений и фальши. Ведь правда всегда находится в пути, а история, как любил он повторять, продолжается. Уже несколько лет, как Дмитрий Иванович покинул этот мир, и, возможно, его душа с изумлением наблюдает за тем, что происходит на Родине. Но писатель Зуб и сегодня – вместе с нами. Ведь хорошие книги не умирают.

Владимир Спектор