:: на главную страницу :: История ВИИЯ ::
  

Эмблема Клуба ВИИЯ

История Военного Института Иностранных Языков

 
"СЛАДКАЯ СВОБОДА"
Эдн ИСАЕВ

         Ее татарское имя по-русски звучит именно так, если словам «изюм» и «эрик» придавать образный и романтический смысл.
        Не стану интриговать: подобная трактовка имени не случайна. Работа со словами, языком, речью - это вообще ее специальность. Многие десятки лет она занимается актуальными проблемами лингвистики, исследует связь лексики и грамматики, функциональные модели предложения. Доктор филологических наук, профессор, несомненный авторитет в области германистики.
        Это Изюм-Эрик Рахманкулова в 1943 году.
После окончания курсов военных переводчиков, сдав экзамены за десятый класс в 1942 году в Самаре, она записалась добровольцем на фронт, но в район боевых действий в Донбассе попала только спустя девять месяцев. Уже переводчиком.
        Изюм-Эрик Салиховна не любит рассказывать о войне. С ней связаны тяжелые воспоминания - перенесенные ранения, потери однополчан... Но мой вопрос о фронтовых дорогах неожиданно вызвал у Рахманкуловой улыбку, чуть грустную и задумчивую:
        -Знаете, давайте я отвечу вам своеобразной лингвистической шуткой... Начались мои фронтовые дороги с тех мест, где картошку называют "картопля". Потом на короткое время она стала для нас "бульбой". Затем мы услышали слово "бандурки" и, наконец, "трампаки". Соответственно это были: Восточная и Центральная Украина, Южная Белоруссия, Западная Украина, Карпаты. Потом перешли в Чехословакию, но о картошке там говорить не доводилось. Служила на 1-ом и 4-ом Украинских фронтах с сентября 1943 года до конца войны.

Дорогами войны

        -Никогда не забуду 27 марта 1944 года. Сумско-Киевская стрелковая дивизия, куда я была переведена, вела тяжелые бои в Прикарпатье. К реке Южный Буг подходили фашистские танки, и мы (командир дивизии и еще семь человек вынуждены были вплавь перебираться на другой берег). Ширина реки - метров триста. Ватные брюки, в которых я была, набухли от воды, а ноги свела судорога. Спас меня командир дивизии подполковник Музыкин.
        Со 2 по 6 апреля 1944 года в Прикарпатье был сильный снегопад. По пути в деревню Гуков, куда я шла допрашивать пленных, меня засыпало снегом. Пролежала в сугробе пять часов. На мое счастье, на поверхности остался ремень от моей планшетки. Он намотался на колесо, когда по дороге проезжала полевая кухня. Меня привезли в деревню. Сначала я допросила пленных и оформила на них документы и лишь после этого согласилась, чтобы меня оттирали гусиным и свиным салом, положили на зерно и укрыли тулупом. Но было уже поздно. Ноги оказались обморожены. Сознание потеряла в медсанбате. Пролежала там месяц, причем две недели без сознания.
        В сентябре 1944 года продвижение войск к перевалу сдерживал опорный пункт противника на окраине одного села - двухэтажное толстостенное здание, в подвале которого засел штаб немецкого батальона. Изюм-Эрик быстро написала фашистам ультиматум о бесполезности дальнейшего сопротивления и об условиях сдачи. Разведчики забросили текст ультиматума в окно. Через некоторое время на доме появляется белый флаг. Увидев его, гитлеровцы на перевале открыли заградительный огонь. С группой разведчиков Изюм-Эрик проползла под огнем в капитулировавший немецкий штаб. Тут же в подвале она стала допрашивать немецкого капитана. Он оказался любителем классической немецкой поэзии. Установлению контакта способствовала пара стихотворений Гете и Гейне, которые она ему продекламировала. Как бы то ни было, в ходе допроса он дал исключительно важные сведения. На основании его данных были произведены успешные артиллерийские и авиационные налеты, после чего полк, где служила Изюм-Эрик, получил благодарность Верховного Главнокомандующего, а юная разведчица орден Красной Звезды.
        В порядке поощрения Изюм-Эрик перевели в группу ближней разведки средствами связи 1-й Гвардейской армии. Здесь она раз в месяц с группой связистов в течение 7 дней занималась перехватом телефонных и радио-переговоров противника. Действовать приходилось с переднего края, с нейтральной полосы или в ближайшем тылу противника (9 - 15 км за линией фронта).
        Однажды, в январе 1945 года, когда группа Изюм-Эрик находилась на задании, резко усилился артобстрел противником. Зарево с трех сторон. Интуиция подсказала ей, что обстановка складывается трудная, и она впервые дала команду: "Отступаем!" Путь назад один - через минное поле. Вышла группа в полночь, а прошла поле только к 8 часам утра. В ближайшей деревне после бессонной ночи и огромного нервного напряжения проспали целые сутки.
        Отсутствие каких-либо сведений от разведгруппы было воспринято в полку как ее гибель. На всех членов группы послали "похоронки". Только мать Изюм-Эрик и ее военная подруга девушка-телефонистка Надя не верили, что группа погибла. Вслед за похоронкой в тыл пришло письмо от дочери, что с ней все в порядке.
        Лучшая оценка военной жизни Изюм-Эрик была дана начальником разведки 1-й Гвардейской Украинской армии полковником Чеченцевым 29 июля 1945 года в присутствии командующего Гречко: "Этот самый молодой офицер, старший лейтенант, стоит целой дивизии".
        Только в праздничные дни гвардии капитан Изюм-Эрик Салиховна Рахманкулова надевает военную форму и награды: ордена Красной Звезды, Отечественной войны второй степени и 14 медалей.

Педагог и ученый

        Перед нами письмо, которое Изюм-Эрик послала папе с фронта 30 октября 1943 года: "В последнее время занимаюсь с разведчиками языком. Правда, пришлось заниматься немного, провела всего три занятия. Языку я их, конечно, не собиралась обучать. Их дело - только выучить нужные вопросы и ответы. Оказывается, преподавать не трудно, мне даже понравилось..."
        Наверное, с этого все и началось.
В октябре 1945 года поступила на педагогический факультет Военного института иностранных языков, через пять лет с отличием закончила его и была оставлена там же преподавателем.
         В 1958 году Изюм-Эрик Салиховна блестяще защитила кандидатскую, а в 1975 году - докторскую диссертации. Шестнадцать лет руководила кафедрой! иностранных языков в Московском институте электронного машиностроения, затем кафедрой немецкого и скандинавского языков в Институте международных отношений. С 1979 по 1996 заведовала кафедрой в Московском областном педагогическом институте им. Н.К.Крупской.
        Она автор 5О научных трудов, в том числе двух монографий и учебника для технических вузов. Ей присвоено в 1995 году звание "Заслуженный деятель науки Российской Федерации".
        Вот что говорит доктор филологических наук, профессор Г.Вейхман: "Изюм-Эрик Салиховна не только глубокий теоретик, она блестяще владеет немецким языком практически и щедро делится своими знаниями со студентами и молодыми преподавателями... В различных уголках страны успешно работают ее ученики и питомцы - преподаватели школ и вузов. Двадцать из них защитили кандидатские диссертации под ее руководством, и пять аспирантов работают над будущими диссертациями»
        Изюм-Эрик Салиховна творческий человек. У нее каждый час, а порою и минуты сугубо расписаны. Увлекается литературным творчеством. Написала около десяти рассказов, а также издала повесть под названием: "Такое было время..." Все они посвящены военной теме. В книге "Мужество, отвага и любовь..." (М.: 1987) напечатаны ее рассказы: "Два фронтовых января" и "Однолюбка".
        Несмотря на немолодой возраст, профессор Рахманкулова ведет активный образ жизни, очень любит готовить татарские блюда, особенно плов, беляши, пироги с мясом... Занимается спортом, любимый вид - плавание. У нее крепкая семья, гордится своим мужем - Борисом Ивановичем Савельевым, старшим преподавателем Московского государственного института международных отношений и дочерью - Диной, которая готовится защитить докторскую диссертацию по скандинавским языкам.
        Будучи гостем редакции, Изюм-Эрик Салиховна вполне искренне сетовала на то, что мы, россияне, порой бездумно теряем столь трудно завоеванные человеческие ценности. Ей хочется, чтобы все мы больше заботились о сохранении - дружбы народов, были настоящими, добрыми соотечественниками. Не нужен ложный пафос, считает она. Нужна нормальная, осознанная свобода. И совсем не для того, чтобы безоглядно носиться по минному полю.

 

:: на главную страницу :: История ВИИЯ ::